Надпись в подвале: -
«Цените всё то, что вы имеете в мирное время. И благодарите за это Бога всем сердцем»
Двое в подвале сидели,
Прятались от войны.
Выжить они хотели.
Как бы хотели и мы.
Прятались от снарядов,
От разрывавшихся бомб.
Смерть грохотала, и рядом
Падал разрушенный дом.
Двое уже привыкли
Видеть разруху и боль.
Уже от страха не никли,
Уже владели собой.
И уповали на Бога,
Души вверяя Ему.
Даже шутили немного,
Глядя в подвальную тьму.
Голод сводил желудки.
Стали они вспоминать…
Не ели. Вторые сутки
Негде еды было взять.
- Вкусно готовила мама.
Я рос в многодетной семье.
Ужин простой был самый
Часто у нас на столе.
Сейчас он мне кажется пиром.
Тогда ещё сетовал я.
Учился быть добрым и мирным,
Чтоб не страдала семья.
Хлеб не ценил и кашу.
А как бы сейчас был рад
Встретить в собрании наших –
Лучше любых наград!
- Отец у меня был строгим.
Его унесла война.
Многих не стало, многих….
Горе хлебнули сполна.
-Я по отцу скучаю,
Я бы отца обнял.
Он меня, словно знамя,
Вверх тянул, поднимал.
- Мама моя хлопотунья -
Духом умела гореть.
Рядом поставит стулья,
Попросит для Господа спеть.
Как она сильно молилась
О каждом, о каждом из нас!
Душою к небу стремилась,
С нас не спуская глаз.
-Детства картины яркие…
Летом природа цвела….
В лес за первыми ягодами
Мама меня брала.
Горькую редьку ели
С солью и чёрным хлебом.
И выводили трели
Птицы под синим небом.
Утром вставали рано
И оставляли дом.
И по росистым травам
Бегали босиком.
Жизнь протекала спокойно,
А мы не ценили её.
Ныне сурово и больно
Жизнь нам уроки даёт.
- Я вспоминаю церковь,
Братьев, сестёр своих….
Горе в стенах её меркло.
Голос некоторых стих….
- А я вспоминаю наши
Встречи, вечери любви.
Полные радости чаши.
Где они, братья мои?
- Думали - так будет вечно,
Думали - жить ещё, жить.
Служенья, в собрании встречи –
Как это нужно ценить!
Отца и церковь, и братьев,
Воду и просто хлеб,
Мамы святые объятья.
Что тебя ждёт, человек?
- Давай на стене напишем -
Память не зря дана,
Пока ещё помним и дышим, -
Что отнимает война.
Надпись эту в повале
Люди читали потом,
Когда они разбирали
Бомбой разрушенный дом.
Но двое остались живы –
Бог двоих сохранил.
Они Иисусу служили.
Бог им выжить дал сил.
Ирина Шилова,
Пермь
Задавать себе вопросы - это хорошо.
Прочитано 7689 раз. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Денису посвящается. - Анатолий Бляшук Он знал, что может еще жить и жить, Бог касался его сердца, и в нем горел этот огонь, но он не смог поверить в свой шанс, и умер.
Я вспоминаю, как Денис приехал из зимнего молодежного лагеря, где Бог крестил его Святым Духом. Это был совершенно другой человек…, в его глазах горела надежда. Он не раз делился со мной своими переживаниями, и я вновь и вновь убеждался в любви и могуществе Господа. Но пошли будни, в которых ему пришлось встретиться с грехом один на один, и он сдался. Когда я видел его в последний раз, Денис находился в очень сильной депрессии, которая его и убила.
Для таких людей, как мы встать на ноги, и начать новую жизнь очень сложно. Ведь это означает оставить все, к чему ты был привязан, старых друзей, старые привычки…, и многое другое. Причем это нужно сделать сразу, иначе ничего не выйдет. Нужно себя любым способом изолировать от привычного круга общения, от всего, что напоминало бы о старой жизни. Это сложно, но возможно. Возможно при одном условии, если есть куда идти, и к чему стремиться. Нам нужно иметь веру в эти слова: «Ибо [только] Я знаю намерения, какие имею о вас, говорит Господь, намерения во благо, а не на зло, чтобы дать вам будущность и надежду». (Иер.29:11). Бог дает шанс каждому, но схватимся ли мы за него, полностью зависит от нас. Я видел много молодых ребят, которых, как и Дениса касался Господь. Они оживали, в их жизни менялось все…, их лица начинали сиять, а глаза горели огнем. Но проходило не так много времени, и все это куда-то исчезало, и появлялась депрессия. Человек возвращался туда от куда вылез, и падал еще ниже прежнего.
